Уезжаю вечерней "Стрелой" в Санкт-Петербург. Думаю, что без театра там не обойдётся.
На этих выходных настоятельно рекомендую остающимся в Москве посмотреть один из спектаклей проекта "Гоголь. Вечера" студии Soundrama. Спектакли пройдут 1 и 2 ноября (1-я и 2-я часть соответственно) в Центре им. Вс. Мейерхольда.
Мой отзыв о премьере второй части "вечеров" можно прочитать здесь.
Вернусь в понедельник утром. До скорой встречи!
пятница, 31 октября 2008 г.
"Кто ты такой, Джизус? "
"Иисус Христос - Суперзвезда"
Постановка Санкт-Петербургского государственного театра "Рок-Опера"
30 октября 2008 года, Москва, на сцене театра "Содружество актёров Таганки"
На эту постановку JCS я шёл с благоговением: как-никак, первая в России (опередившая на четыре месяца премьеру спектакля в Театре имени Моссовета в Москве) русскоязычная постановка, да ещё и, судя по аудиоверсии, с отличными вокалистами. Решение пойти было моим единственным вариантом, когда я увидел этот спектакль в московской театральной афише.
Зал "Содружества актёров Таганки" был на две трети пуст. Пришли в основном любители рок-оперы, плюс кому-то пришло в голову привести целый класс остропубертатных детей, что, как вы понимаете, удовольствия от просмотра не добавляет (к слову сказать, в середине первого акта я с удовлетворением улавливал негромкие звуки удушения пубертатного идиота где-то в первых рядах справа). Стоимость билетов была от 800 до 1500 рублей, что, сразу вам скажу, за просмотр такого спектакля дорого, хотя во имя исследования феномена JCS в России не жалко.
Итак, с чего же начать? Сначала о вокале. Очень интересно слушать этот спектакль непосредственно в зале, "вживую", потому что актёры (за редкими исключениями) действительно показывают класс сольного и хорового (что важно) вокала. Бальзамом для сердца фаната (после последнего сезона регулярного хождения в театр Моссовета) стала поющая массовка. Сразу воскрес смысл в сценах Саймона Зилота, в сцене изгнания из храма, Тайной Вечери и всех остальных. Вначале, правда, толпа не проявляла особой подвижности, но на песне Зилота показала себя с лучшей стороны - простая, доступная хореография, отсылающая мысли зрителя к фильму 1973 года. Нельзя сказать, что толпа проявляла чудеса пластики, но смотрелось это живо.
Сольные партии были хороши все. Голоса Джизуса (Дяденистов), Джудаса (Кашапов), Мэри (Улейская) пусть и отличны от голосов исполнителей на первом альбоме Jesus Christ Superstar, но с вокальной точки зрения замечательны. Видна старая рокерская закалка - хотя бы по приёмам так называемой "певческой кухни", работе с ручным микрофоном для достижения нужного звучания голоса. И пусть ручные микрофоны и в большинстве своём статичные исполнения арий на сцене смотрятся не очень приятно, но звучание голосов (при наличии на спектакле хорошего звукорежиссёра) достойно студийной записи. Отдельно хочу отметить исполнителей ролей Кайафы и Анны (Р. Никитин и А. Авдеев), которые играючи справлялись с вокальными партиями, удивляя точнейшим соответствием тембра голосов своим ролям.
Теперь о менее приятном. Главной причиной хохота наших дорогих пубертатных соседей по креслам в зрительном зале были не скудные костюмы, не оголённые ноги девушек и мужчин, а возраст исполнителей сольных ролей. Да, к большому сожалению, они действительно уже немолоды, и поэтому при просмотре спектакля рождается двоякое чувство - вот, к примеру, потрясающий Раф Кашапов исполняет Heaven On Their Minds, а ты сидишь и ловишь каждый звук, но глаза говорят тебе, что он просто ходит по сцене, останавливаясь каждый раз, когда нужно взять дыхание, то есть энергетика голоса совершенно не подкрепляется энергетикой движения, пластики. То же самое со всеми остальными солистами. Глядя на этих действительно прекрасных вокалистов, думаешь: как хорошо, люди и через двадцать лет снова собрались, чтобы всё это сыграть, но ведь это не юбилейный вечер! Поэтому вливания свежей крови в этом спектакле нужны, как воздух, тем более, что голос с годами тоже теряет свои выигрышные характеристики, а многие сцены спектакля открытым текстом требуют большей динамики в движении.
Световое оформление очень простое, иногда выпускают немного дыма. Про костюмы уже было сказано - они просты до безобразия. В связи с этим не могу удержаться и не выплеснуть свой гнев: сцена царя Ирода была ужасна. Она была отвратительная. После первых пяти секунд я закрыл глаза, чтобы не травмировать психику, и лишь слушал немного странный вариант самой песни в исполнении А. Трофимова с некоторыми нотками Луи Армстронга и общей джазовой направленностью. Наверно, лишь теперь, когда я пишу эти строки, мне удалось успокоиться и проследить ужасающую тенденцию: в большинстве российских постановок из сцены царя Ирода делают среднестатистический бордель с прямой отсылкой в девяностые годы прошлого века. Это тошнотворное зрелище, друзья мои. Так нельзя. Пожалейте зрителя.
И ещё пара замечаний. Перевод, который в целом принято хвалить, местами не имеет права называться эквиритмическим, а местами вызывает удивление. Вот Магдалина поёт в своей I Don't Know How To Love Him: "What's it all about?", а в переводе это звучит как "Хороши дела!.." Или строчка из того же Ирода: "Докажи, что ты – не плут! Напруди вина мне пруд!". Без комментариев.
Добавлена сцена, которая есть только в фильме: Than We Are Decided, смотрится очень даже ничего. Непонятно, зачем убирать из мюзикла Jesus Christ Superstar песню с одноимённым названием. После всей той чернухи которая происходит после взятия Христа в Гефсиманском саду, так нужна эта загробная, но частично расставляющая точки над i ария Иуды. Чуть-чуть света, пусть и прямиком из ада - это ещё не так плохо. Но песни этой нет.
Зато в финале есть номер, который заставляет забыть и простить многое. Это акапелльное исполнение инструментала John Nighteen Forty-One. По мощи и звучанию это сопоставимо с монументальными церковными хорами. Это отличный эпилог, и из-за него привычный фанатам финал спектакля меняется до неузнаваемости, а характеры и значения героев подлежат очередному переосмыслению, они становятся более каноничными с точки зрения православия. По сути - совсем не то, что сказано в самой рок-опере, но звучит сильно.
Ссылки по теме:
Сайт театра "Рок-Опера"
Аудиоверсия спектакля "Иисус Христос - Суперзвезда"
Постановка Санкт-Петербургского государственного театра "Рок-Опера"
30 октября 2008 года, Москва, на сцене театра "Содружество актёров Таганки"
На эту постановку JCS я шёл с благоговением: как-никак, первая в России (опередившая на четыре месяца премьеру спектакля в Театре имени Моссовета в Москве) русскоязычная постановка, да ещё и, судя по аудиоверсии, с отличными вокалистами. Решение пойти было моим единственным вариантом, когда я увидел этот спектакль в московской театральной афише.
Зал "Содружества актёров Таганки" был на две трети пуст. Пришли в основном любители рок-оперы, плюс кому-то пришло в голову привести целый класс остропубертатных детей, что, как вы понимаете, удовольствия от просмотра не добавляет (к слову сказать, в середине первого акта я с удовлетворением улавливал негромкие звуки удушения пубертатного идиота где-то в первых рядах справа). Стоимость билетов была от 800 до 1500 рублей, что, сразу вам скажу, за просмотр такого спектакля дорого, хотя во имя исследования феномена JCS в России не жалко.
Итак, с чего же начать? Сначала о вокале. Очень интересно слушать этот спектакль непосредственно в зале, "вживую", потому что актёры (за редкими исключениями) действительно показывают класс сольного и хорового (что важно) вокала. Бальзамом для сердца фаната (после последнего сезона регулярного хождения в театр Моссовета) стала поющая массовка. Сразу воскрес смысл в сценах Саймона Зилота, в сцене изгнания из храма, Тайной Вечери и всех остальных. Вначале, правда, толпа не проявляла особой подвижности, но на песне Зилота показала себя с лучшей стороны - простая, доступная хореография, отсылающая мысли зрителя к фильму 1973 года. Нельзя сказать, что толпа проявляла чудеса пластики, но смотрелось это живо.
Сольные партии были хороши все. Голоса Джизуса (Дяденистов), Джудаса (Кашапов), Мэри (Улейская) пусть и отличны от голосов исполнителей на первом альбоме Jesus Christ Superstar, но с вокальной точки зрения замечательны. Видна старая рокерская закалка - хотя бы по приёмам так называемой "певческой кухни", работе с ручным микрофоном для достижения нужного звучания голоса. И пусть ручные микрофоны и в большинстве своём статичные исполнения арий на сцене смотрятся не очень приятно, но звучание голосов (при наличии на спектакле хорошего звукорежиссёра) достойно студийной записи. Отдельно хочу отметить исполнителей ролей Кайафы и Анны (Р. Никитин и А. Авдеев), которые играючи справлялись с вокальными партиями, удивляя точнейшим соответствием тембра голосов своим ролям.
Теперь о менее приятном. Главной причиной хохота наших дорогих пубертатных соседей по креслам в зрительном зале были не скудные костюмы, не оголённые ноги девушек и мужчин, а возраст исполнителей сольных ролей. Да, к большому сожалению, они действительно уже немолоды, и поэтому при просмотре спектакля рождается двоякое чувство - вот, к примеру, потрясающий Раф Кашапов исполняет Heaven On Their Minds, а ты сидишь и ловишь каждый звук, но глаза говорят тебе, что он просто ходит по сцене, останавливаясь каждый раз, когда нужно взять дыхание, то есть энергетика голоса совершенно не подкрепляется энергетикой движения, пластики. То же самое со всеми остальными солистами. Глядя на этих действительно прекрасных вокалистов, думаешь: как хорошо, люди и через двадцать лет снова собрались, чтобы всё это сыграть, но ведь это не юбилейный вечер! Поэтому вливания свежей крови в этом спектакле нужны, как воздух, тем более, что голос с годами тоже теряет свои выигрышные характеристики, а многие сцены спектакля открытым текстом требуют большей динамики в движении.
Световое оформление очень простое, иногда выпускают немного дыма. Про костюмы уже было сказано - они просты до безобразия. В связи с этим не могу удержаться и не выплеснуть свой гнев: сцена царя Ирода была ужасна. Она была отвратительная. После первых пяти секунд я закрыл глаза, чтобы не травмировать психику, и лишь слушал немного странный вариант самой песни в исполнении А. Трофимова с некоторыми нотками Луи Армстронга и общей джазовой направленностью. Наверно, лишь теперь, когда я пишу эти строки, мне удалось успокоиться и проследить ужасающую тенденцию: в большинстве российских постановок из сцены царя Ирода делают среднестатистический бордель с прямой отсылкой в девяностые годы прошлого века. Это тошнотворное зрелище, друзья мои. Так нельзя. Пожалейте зрителя.
И ещё пара замечаний. Перевод, который в целом принято хвалить, местами не имеет права называться эквиритмическим, а местами вызывает удивление. Вот Магдалина поёт в своей I Don't Know How To Love Him: "What's it all about?", а в переводе это звучит как "Хороши дела!.." Или строчка из того же Ирода: "Докажи, что ты – не плут! Напруди вина мне пруд!". Без комментариев.
Добавлена сцена, которая есть только в фильме: Than We Are Decided, смотрится очень даже ничего. Непонятно, зачем убирать из мюзикла Jesus Christ Superstar песню с одноимённым названием. После всей той чернухи которая происходит после взятия Христа в Гефсиманском саду, так нужна эта загробная, но частично расставляющая точки над i ария Иуды. Чуть-чуть света, пусть и прямиком из ада - это ещё не так плохо. Но песни этой нет.
Зато в финале есть номер, который заставляет забыть и простить многое. Это акапелльное исполнение инструментала John Nighteen Forty-One. По мощи и звучанию это сопоставимо с монументальными церковными хорами. Это отличный эпилог, и из-за него привычный фанатам финал спектакля меняется до неузнаваемости, а характеры и значения героев подлежат очередному переосмыслению, они становятся более каноничными с точки зрения православия. По сути - совсем не то, что сказано в самой рок-опере, но звучит сильно.
Ссылки по теме:
Сайт театра "Рок-Опера"
Аудиоверсия спектакля "Иисус Христос - Суперзвезда"
среда, 29 октября 2008 г.
bolserslon.livejournal.com/tag/театр
Продолжаю тему "театрала". Мой кругозор в московской театральной жизни всё же слишком ограничен мюзиклами и музыкальными спектаклями вообще. Хотя это ограничение и перерастает в углублённое и подробнейшее изучение аспектов этого жанра и его судьбы на столичных подмостках.
В середине лета составил для себя список must see нынешнего театрального сезона. В принципе, могу считать его выполненным уже больше, чем наполовину. За бортом остались пока классические оперы и оперетты, к которым я надеюсь обратиться где-то после Нового года, да "Конёк-горбунок" в МХТ им. Чехова.
Вообще, тема этого блога сводится не к театральным рецензиям, а к определённым тенденциям в городской театральной жизни, приверженцем которых я являюсь. Не стоит ждать от меня разноплановости, если уж привлекают меня спектакли музыкальные и пластичные, синтетические. Ну и о городе и вообще мы тоже поговорим.
Кстати, если Вы собираетесь оставлять комментарий - делайте это непосредственно в форме на Blogger, иначе я рискую Ваш комментарий не заметить.
В середине лета составил для себя список must see нынешнего театрального сезона. В принципе, могу считать его выполненным уже больше, чем наполовину. За бортом остались пока классические оперы и оперетты, к которым я надеюсь обратиться где-то после Нового года, да "Конёк-горбунок" в МХТ им. Чехова.
Вообще, тема этого блога сводится не к театральным рецензиям, а к определённым тенденциям в городской театральной жизни, приверженцем которых я являюсь. Не стоит ждать от меня разноплановости, если уж привлекают меня спектакли музыкальные и пластичные, синтетические. Ну и о городе и вообще мы тоже поговорим.
Кстати, если Вы собираетесь оставлять комментарий - делайте это непосредственно в форме на Blogger, иначе я рискую Ваш комментарий не заметить.
понедельник, 27 октября 2008 г.
Matthew Bourne. Dorian Gray
С 26 мая по 2 августа 2009 года в Москве пройдёт Восьмой международный театральный фестиваль имени А. П. Чехова. Раз в два года театральная активность в Москве на лето не замирает, а наоборот, оживает, впитывая в себя мировые театральные постановки - для многих это уникальный шанс увидеть их вблизи от дома.
Мои личные симпатии на предстоящем Чеховском фестивале заранее принадлежат Мэттью Боурну и его новому спектаклю в жанре contemporary dance "Dorian Gray".Последние два фестиваля постановки этого известного хореографа шли с неизменными аншлагами: три с половиной года назад была "Пьеса без слов", полтора года прошло с триумфальных показов "Лебединого озера". Ажиотаж вокруг "Дориана" начинается, похоже, уже сейчас.
"Портрет Дориана Грея" Постановка Мэттью Боурна
на сцене Театра имени Моссовета с 28 июля по 2 августа 2009 года
Билеты - в кассе фестиваля (Леонтьевский пер. 21/1), кассах МДТЗК и на сайтах партнёров фестиваля.
Мои личные симпатии на предстоящем Чеховском фестивале заранее принадлежат Мэттью Боурну и его новому спектаклю в жанре contemporary dance "Dorian Gray".Последние два фестиваля постановки этого известного хореографа шли с неизменными аншлагами: три с половиной года назад была "Пьеса без слов", полтора года прошло с триумфальных показов "Лебединого озера". Ажиотаж вокруг "Дориана" начинается, похоже, уже сейчас.
"Портрет Дориана Грея" Постановка Мэттью Боурна
на сцене Театра имени Моссовета с 28 июля по 2 августа 2009 года
Билеты - в кассе фестиваля (Леонтьевский пер. 21/1), кассах МДТЗК и на сайтах партнёров фестиваля.
воскресенье, 26 октября 2008 г.
"...И всё, что остаётся - лишь бороться и искать..."
Сцена "Встревоженное сердце" из мюзикла "Норд-Ост". Фото: nordost.ru
Сегодня исполняется шесть лет с того дня, когда был предпринят штурм театрального центра на Дубровке, где в течение более чем трёх суток террористы удерживали зрителей мюзикла «Норд-Ост». Сегодня мы по-прежнему скорбим о тех, кто погиб в тот ранний утренний час. Много неясностей в этом деле, а расследование до сих пор не завершено.
Хотел бы сказать пару слов о том, что мне известно и что я думаю, правда, по теме всего лишь смежной с непосредственно самим терактом на Дубровке. Я не люблю и не хочу спорить на эту тему с кем бы то ни было, просто сделаю своеобразную попытку сформулировать свою позицию в этом вопросе.
1.Выбор объекта для нападения был далеко не случаен. Сама фабула «Норд-Оста» была посвящена великому прошлому страны (я прекрасно понимаю, что это прошлое было очень трагичным, но позвольте мне рассуждать в системе сценических и литературных образов как минувшей, так и настоящей эпохи), в которой жили люди-мечтатели, устремлённые к свершениям и открытиям. Чувство ностальгии, построенное на вполне привычных, впитанных сознанием образах ближе к середине спектакля сменялось ощущением единства и гордости за свою страну — так или иначе забытым и, убеждён, очень редко возникающим в последние сколько-то десятков лет.
2.Мне, как юному и горячему поклоннику мюзикла, в те дни было страшно не только потому, что люди были на волосок от смерти (а впоследствии и погибли), но и оттого, что спектакль мог прекратить своё существование раз и навсегда. Эта мысль не давала покоя, правда, она тонула в страхе, что убьют ни в чём не повинных людей, с некоторыми из которых я к тому моменту успел неплохо познакомиться.
3.В свете предыдущего пункта можно понять (хотя и невозможно передать) мою безграничную радость после известия о героическом восстановлении мюзикла силами всё той же труппы (в которой, увы, не обошлось без трагических потерь) чудесных актёров, настоящих профессионалов своего дела и фанатов своего спектакля. Это было похоже на чудо. Возрождение стало делом многих, в котором как никогда проявились лучшие чувства и помыслы всей команды «Норд-Оста», а также многочисленных поклонников и благодетелей. Трагическая судьба спектакля тесно переплелась с лейтмотивом романа «Два капитана».
4. Отзывы, с позволения сказать, журналистов касательно «второй премьеры» 8 февраля 2003 года были равносильны многочисленным смертельным ножевым ранениям, нанесённым учеником своему учителю. Спектакль, который доказал, что успешный и любимый публикой современный русский мюзикл мирового класса - явление вполне реальное, был обречён на странную судьбу: найдя в себе силы побороть страх и неверие, он возродился для того, чтобы медленно угасать благодаря весьма мутным предубеждениям общественности, которой основательно промыли мозги выражениями вроде «танцев на костях» и «в этом здании ничего нельзя ставить». При этом положение на деле сводилось к следующему — люди не хотели покупать билет, однако, если представлялся случай попасть на спектакль бесплатно, тут же забывали о всех своих страхах. Сборы не окупали показов, в результате чего 10 мая 2003 года состоялся последний, прощальный показ московской версии спектакля.
5.Принцип «Бороться и искать, найти и не сдаваться!» без тени пошлости лёг в основу дальнейшей судьбы спектакля. К осени 2004 года была готова к премьере в Санкт-Петербурге передвижная версия мюзикла, которую можно было показывать на любой сцене, удовлетворяющей основным техническим параметрам «Норд-Оста» (создатели были готовы в случае необходимости даже чуть-чуть уменьшить размах крыльев бомбардировщика, который, разумеется, садился на сцену ближе к концу второго акта). Однако произошло то, чего никто не ждал. Спектаклю начали чинить препятствия на всех административных уровнях. Абсолютно нелепые отговорки местных властей закрыли для «Норд-Оста» все сценические площадки Петербурга. В результате к радости московских поклонников был сыгран ряд предварительных показов в Москве, всё там же, на Дубровке, а затем состоялась без преувеличения триумфальная общероссийская премьера мюзикла в Нижнем Новгороде. Правда, вирус неприятия «Норд-Оста» всеми «местными» с симптомами давления на потенциальных спонсоров вплоть до отказа от финансирования показов передвижной версии (а она могла существовать только благодаря спонсорской поддержке) вскоре распространился на широких просторах нашей страны — той, восстановление понятия величия которой было заложено в мюзикле. После блока в Нижнем, успешно отыграв две недели в Тюмени, проект с амбициозным российским гастрольным туром получил от ворот поворот абсолютно везде. Эта ситуация длится до сих пор. Всего начиная с премьеры 19 октября 2001 года было сыграно 444 спектакля.
6.Я, как и множество других друзей и поклонников «Норд-Оста», продолжаю верить и ждать, что в один прекрасный день прозвучат звуки увертюры, занавес откроется и под завывание сурового северо-восточного ветра зал услышит слова: «Милый друг мой, дорогая моя Машенька!..» Именно поэтому мы традиционно собираемся вместе в день премьеры 19 октября, празднуем Новый год и посещаем премьеры каждого нового мюзикла — ведь там играют свои, те, кого мы так полюбили по ролям в «Норд-Осте», талантливые и разноплановые актёры теперь уже многих московских мюзиклов. «Норд-Ост» был одним из первых, и он заложил стандарты, которые по сей день не каждый музыкальный спектакль в Москве может достичь.
Спасибо за внимание.
пятница, 24 октября 2008 г.
"Иисус, я не хочу остаться в стороне..."
Ходил сегодня на JCS в восьмой раз - исключительно ради того, чтобы посмотреть на Валерия Ярёменко в роли Иуды. Пожалуй, это то единственное, чего я ещё в "Иисусе Христе" в Моссовете не видел, все остальные актёры во всех возможных ролях мне знакомы.
Чего я ждал?
Я ждал появления на сцене живой легенды спектакля, актёра, игравшего Иуду с 1992 года. Я ожидал бешеной энергетики исполнения, звериного рёва вместо вокала (в этом всё же есть что-то, по крайней мере для ценителей), накала страстей.
Видимо, публика ждала того же. Помимо совершенно омерзительной толпы быдлошкольников театр заполнили люди, к которым как нельзя лучше подошло бы понятие "олдскульные ребята". Это те, кто смотрели спектакль в 1992, 1993, 1994 годах, когда Ярёменко был главным исполнителем Иуды (сейчас он появляется крайне редко, потому все и собрались). Сегодня они пришли - кто в кожаных штанах и косухах, кто в пиджаках и галстуках, кто в свитерах и с детьми. Публика спрятала на коленях охапки цветов, мягкие игрушки - всё для того, чтобы в финале отдать должное любимому исполнителю.
Что получилось?
Ярёменко по-прежнему фактурен в этой роли. Его внешний вид делает Иуду отвязным, по-звериному страстным, преданным другом Иисуса. Но актёр сегодня играл как-то вяло, не попадая в свой привычный образ. Такое впечатление, что Ярёменко жутко устал и вышел на сцену на последнем дыхании. В результате - ни одной высокой ноты из тех, что пробирают до дрожи на записях, мало точных, обусловленных рисунком роли движений. Это был Иуда-робот, у которого программа управления сильно барахлила.
Мало ли что бывает. Нет внутренней энергии или ещё что. В оправдание Ярёменко могу сказать, что несмотря на провалившееся первое действие (во многом благодаря спетой "по факту" Heaven On Their Minds), второе действие у него получилось куда лучше, и там заряд уже чувствовался. Но всё равно половина слов была непонятна, а окончательно разошёлся Иуда в конце Judas Death и на Superstar.
Но всё равно цветы, мягкие игрушки и море оваций были Ярёменко обеспечены. Потому что он - легенда. Насчёт живости легенды можно поспорить, но в общем да, живая.
В доказательство и ко всеобщему удовольствию зрителей-читателей-слушателей предлагаю вашему вниманию видеозапись исполнения Валерием Ярёменко песни Heaven On Their Minds. Запись сделала 2 июня 2004 года. Звучит сегодня ночью в ваших квартирах.
Ещё хочу отметить Иисуса - Глеба Матвейчука. Вот кто действительно сделал шаг вперёд! Ввёлся на Иисуса в июле - и уже сейчас очень цельно исполняет эту роль(при изначально отличном вокале). Между прочим, Глеб ещё играет Фернана в "Монте-Кристо". Ну и не могу не выразить своё восхищение Бобровским в роли Понтия Пилата. Это шедевр.
Чего я ждал?
Я ждал появления на сцене живой легенды спектакля, актёра, игравшего Иуду с 1992 года. Я ожидал бешеной энергетики исполнения, звериного рёва вместо вокала (в этом всё же есть что-то, по крайней мере для ценителей), накала страстей.
Видимо, публика ждала того же. Помимо совершенно омерзительной толпы быдлошкольников театр заполнили люди, к которым как нельзя лучше подошло бы понятие "олдскульные ребята". Это те, кто смотрели спектакль в 1992, 1993, 1994 годах, когда Ярёменко был главным исполнителем Иуды (сейчас он появляется крайне редко, потому все и собрались). Сегодня они пришли - кто в кожаных штанах и косухах, кто в пиджаках и галстуках, кто в свитерах и с детьми. Публика спрятала на коленях охапки цветов, мягкие игрушки - всё для того, чтобы в финале отдать должное любимому исполнителю.
Что получилось?
Ярёменко по-прежнему фактурен в этой роли. Его внешний вид делает Иуду отвязным, по-звериному страстным, преданным другом Иисуса. Но актёр сегодня играл как-то вяло, не попадая в свой привычный образ. Такое впечатление, что Ярёменко жутко устал и вышел на сцену на последнем дыхании. В результате - ни одной высокой ноты из тех, что пробирают до дрожи на записях, мало точных, обусловленных рисунком роли движений. Это был Иуда-робот, у которого программа управления сильно барахлила.
Мало ли что бывает. Нет внутренней энергии или ещё что. В оправдание Ярёменко могу сказать, что несмотря на провалившееся первое действие (во многом благодаря спетой "по факту" Heaven On Their Minds), второе действие у него получилось куда лучше, и там заряд уже чувствовался. Но всё равно половина слов была непонятна, а окончательно разошёлся Иуда в конце Judas Death и на Superstar.
Но всё равно цветы, мягкие игрушки и море оваций были Ярёменко обеспечены. Потому что он - легенда. Насчёт живости легенды можно поспорить, но в общем да, живая.
В доказательство и ко всеобщему удовольствию зрителей-читателей-слушателей предлагаю вашему вниманию видеозапись исполнения Валерием Ярёменко песни Heaven On Their Minds. Запись сделала 2 июня 2004 года. Звучит сегодня ночью в ваших квартирах.
Ещё хочу отметить Иисуса - Глеба Матвейчука. Вот кто действительно сделал шаг вперёд! Ввёлся на Иисуса в июле - и уже сейчас очень цельно исполняет эту роль(при изначально отличном вокале). Между прочим, Глеб ещё играет Фернана в "Монте-Кристо". Ну и не могу не выразить своё восхищение Бобровским в роли Понтия Пилата. Это шедевр.
среда, 22 октября 2008 г.
Терминология
Термин "театрал" кажется мне чересчур размытым. До сих пор себя таковым не считаю - потому что есть люди, которые ходят в театр профессионально (критики, обозреватели), есть люди, посещающие большое количество спектаклей одного или нескольких театров, есть зрители, пребывающие в постоянное погоне (в самом безобидном смысле слова) за конкретным актёром, играющим в разных театрах и спектаклях, в конце концов, есть откровенные фанаты, посещающие один и тот же спектакль с ужасающей регулярностью, с которой они также потом оказываются у служебного входа. Каждого из них можно назвать "театралом".
В этом смысле английский язык даёт больше простора для определений. Например, мне очень нравится слово first-nighter, обозначающее завсегдатая различных премьер. Я уже не говорю о столь привычном для слуха термине theatergoer.
В этом смысле английский язык даёт больше простора для определений. Например, мне очень нравится слово first-nighter, обозначающее завсегдатая различных премьер. Я уже не говорю о столь привычном для слуха термине theatergoer.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
